Политики и политика страха

Страх в политике Если страх — важный инструмент власти вообще и ее квинтэссенции, политического господства, в частности, то глупо было бы не задействовать его самым активным образом, что, собственно, и происходило на протяжении всего пути развития человечества; одна из главных заслуг демократии заключается как раз в том, что она положила конец этой традиции. Возможно, Тацит первым четко сформулировал теорию о социальной роли страха в авторитарном обществе, обрисовав все механизмы и тонкости повседневной практики правления, воздействия на отдельную личность и на толпу. Я только что вернулся из Флоренции, куда меня привел интерес к Макиавелли. Флоренция века была классическим образцом самого беспринципного применения власти, и теоретиком его стал Макиавелли. Он полагал, что государь должен внушать страх и любовь, но если уж приходится выбирать, то надежнее выбрать страх. Люди меньше остерегаются обидеть того, кто внушает им любовь, нежели того, кто внушает им страх, ибо любовь поддерживается благодарностью, которой люди, будучи дурны, могут пренебречь ради своей выгоды, тогда как страх поддерживается угрозой наказания, которой пренебречь невозможно. Заставить бояться куда проще. Томас Гоббс разработал целую теорию использования страха в политике. По мнению философа, он является мощным цивилизующим началом. Разумное устрашение есть самый прочный фундамент гражданской государственности.

11. Страх в политике

Его убийство произошло за два дня до запланированных оппозицией шествия и митинга, направленных против политики российских властей. По замыслу организаторов, эти акции должны были дать толчок новой мобилизации массовых протестов — подобных тем, что прокатились по России после думских выборов года. Убийство Немцова, однако, поменяло повестку дня оппозиции:

В своей книге «Искусство страха» историк Патрик Бушрон и политолог Кори Робен рассматривают применение страха в политике.

Боялась я, и он пришел, Но страха было мало, Ведь я боялась столько лет, Что к страху нежность испытала. Эмили Дикинсон [19] После всякой великой битвы наступает великое отчаяние, в особенности когда речь идет о войне гражданской и повстанческой, ведется она словами или силой оружия; обе стороны чувствуют себя опустошенными. В отличие от проигравших, чье поражение служит им постоянным напоминанием об их невознагражденной жертве, принесенной в борьбе, победители страдают забывчивостью.

Позабыв о тяготах битвы, они тоскуют по ее грому. Мы чувствовали себя живее, вопиют они, чем сейчас, в объятиях комфорта. Война живит, веселит, полна слухов и россказней. А мир — будто сон или паралич: Хотя победители сетуют на торможение после победы, истинный источник их недовольства — разочарование. Победа вынуждает победителей увидеть, что добро, за которое они сражались, оказывается запятнанным и тусклым, что земля обетованная издали кажется лучше, нежели вблизи.

Возможно, как раз поэтому Господь не позволил Моисею сойти с горы Нево [21]: Таким образом, и победитель, и побежденный приходят к единству в понимании одного — мы бились за пустоту; ничто в реальном мире не может сравниться с мечтой, пробужденной нашими усилиями изменить его. В последней трети столетия как левые, так и правые знали и победы, и поражения.

Ельцина или отвлекая людей запретом компартии демократы лишились важного козыря в глазах населения - именно надежды на демократический политический порядок. От того единственного, что перестройка на какой-то момент почти дала людям. В сентябре г. На вопрос, откуда теперь исходит опасность для государства, он ответил, что теперь КГБ не будет заниматься диссидентами, главная опасность - социальный взрыв. Народ раздражен, возбужден слухами о скорой либерализации цен

Поворот к «политике страха» произошел сразу после того, как Владимир Путин выиграл президентские выборы года. Знаковыми стали события 6.

Почтительный трепет Давным-давно Лактанций[24]сказал: Поэтому следует подробнее проанализировать связь страха с властью, политическим влиянием и религией, чем я сейчас и займусь. Прототипом власти вообще является патриархальное господство, породившее сложнейшую систему страхов. Уважение неотделимо от понятия власти. Толковый словарь Коваррубьяса дает ему следующее определение: В патриархальных взаимоотношениях кроется серьезное противоречие, поскольку страх и любовь несовместимы.

Невозможно любить того, кого боишься. Разумеется, и здесь может возникнуть глубокое пристрастие, которое нередко принимают за любовь. Однако это заблуждение обычно приводит к большим трагедиям. Зависимость порождает сильную привязанность, но едва ли ее следует считать искренним сердечным чувством. Власть немыслима без принуждения к послушанию, а значит, открывает путь к господству над людьми. Чаще всего она не сводится к простому физическому превосходству, но держится на личных дарованиях и доблести, естественным образом внушая уважение.

Сложности возникают, когда власть получают в результате общественного положения, по рангу или статусу, не обладая при этом выдающимися личностными качествами.

Хосе Антонио Марина Анатомия страха. Трактат о храбрости

Авторитарные режимы нового типа опираются на электоральные технологии, когда конкурентные выборы проводятся, но массово фальсифицируются. Жертвами политических репрессий становятся не граждане в целом или отдельные социальные группы, а лишь некоторые люди и организации, выступающие или способные выступить против режима. Главная цель здесь в том, чтобы не дать враждебной активности распространиться за пределы очень небольшого круга непосредственных противников.

Именно так в ые годы вела себя российская власть. Экономика росла, доходы граждан — тоже, их лояльность оставалась на высоком уровне.

Страх как оружие массового поражения: почему СМИ, бизнесмены и политики заставляют людей бояться. Миром правят жажда власти.

Спиноза и Гёте превыше всего ценят покой. Тот, кто ничего не хочет и не ждет, не познает горечи разочарования. Но ничего и не совершит. Ни один мореплаватель не снимется с якоря, если не надеется доплыть до далекого порта. Иллюзия, которую дарит нам надежда, сладостна и необходима для того, чтобы выжить среди трудностей, несчастий и непереносимых тягот.

Пандора нарочно постаралась сохранить ее. Это символический образ человеческой жизни, вот почему Создатель сделал так, чтобы надежда зарождалась и возрастала при каждой, даже самой незначительной возможности. Что ж, продолжим наше путешествие.

Страх в политике

С ростом и многократным увеличением числа реальных и предполагаемых угроз страх стал стандартным элементом современной политики. Цель настоящей статьи — доказать, что страх из удобного инструмента политики, применяемого лишь , превращается в сущность политики, становится частью ее онтологического ядра. В статье уточняется понятие страха применительно к современной политике, обозначается его текучий, всепроникающий характер, присутствие во всех социальных слоях.

Но сегодня страх теряет свой продуктивный, мобилизующий эффект и оборачивается либо деструктивным параличом, либо политикой, этим параличом направляемой. Во-первых, авторы доказывают, что страх стал проекцией политической воли, которая меняет существующий порядок. Страх становится основной причиной и мотивом социальных изменений на всех уровнях.

Кори Робин - Страх. История политической идеи, скачать бесплатно книгу в формате fb2, doc, rtf, html, txt:: Электронная библиотека

В своей книге"Искусство страха" историк Патрик Бушрон и политолог Кори Робен рассматривают применение страха в политике. События, которые потрясли Францию и Европу в последнем квартале прошлого года, самым что ни на есть наглядным образом показали, что страх — в высшей степени политическое чувство: Книга"Искусство страха" позволяет более рациональным образом проанализировать разгул эмоций и страстей, который нам довелось наблюдать.

Это при том, что беседа французского историка Патрика Бушрона с американским политологом Кори Робином прошла намного раньше, пусть ее и дополнили постскриптумом, посвященным терактам января года. Разговор состоялся в ноябре года в Лионе в рамках фестиваля"Инструкция". Год спустя ее посыл лишь подкрепляется произошедшими вокруг нас событиями. Книга представляет себя в качества размышления о"месте страха в управлении обществом". Отправной постулат предельно прост: Вопрос не в том, используется ли страх, а в том, как и с какой целью.

Политолог Рено Пейр представляет дискуссию историка и специалиста по Средневековью Патрика Бушрона его недавно избрали в Коллеж де Франс с американским экспертом по политическим наукам Кори Робином. Оба они опубликовали работы о политическом применении страха.

Фактор страха в политике после августа

Фактор страха в политике после августа. Ельцина или отвлекая людей запретом компартии демократы лишились важного козыря в глазах населения - именно надежды на демократический политический порядок. От того единственного, что перестройка на какой-то момент почти дала людям. В сентябре г. На вопрос, откуда теперь исходит опасность для государства, он ответил, что теперь КГБ не будет заниматься диссидентами, главная опасность - социальный взрыв.

Народ раздражен, возбужден слухами о скорой либерализации цен

Возникает порядок new regnum, берущий истоки в “страхе как политике”. Ключевые слова: политика страха; страх как политика; текучая модерность;.

Анатомия страха [Трактат о храбрости] Марина Хосе Антонио Страх в политике Если страх — важный инструмент власти вообще и ее квинтэссенции, политического господства, в частности, то глупо было бы не задействовать его самым активным образом, что, собственно, и происходило на протяжении всего пути развития человечества; одна из главных заслуг демократии заключается как раз в том, что она положила конец этой традиции. Возможно, Тацит первым четко сформулировал теорию о социальной роли страха в авторитарном обществе, обрисовав все механизмы и тонкости повседневной практики правления, воздействия на отдельную личность и на толпу.

Я только что вернулся из Флоренции, куда меня привел интерес к Макиавелли. Флоренция века была классическим образцом самого беспринципного применения власти, и теоретиком его стал Макиавелли. Он полагал, что государь должен внушать страх и любовь, но если уж приходится выбирать, то надежнее выбрать страх. Люди меньше остерегаются обидеть того, кто внушает им любовь, нежели того, кто внушает им страх, ибо любовь поддерживается благодарностью, которой люди, будучи дурны, могут пренебречь ради своей выгоды, тогда как страх поддерживается угрозой наказания, которой пренебречь невозможно[25].

Заставить бояться куда проще. Томас Гоббс разработал целую теорию использования страха в политике.

Против политики страха

У англичан были другие проблемы: Конечно, Гоббс пользовался и более тонкой концепцией человека, замечая, что человек может быть для другого братом, но при одном условии — существовании цивилизации. Что же необходимо для существования цивилизации? Общность страха против необходимости жить в природном состоянии, против внезапной и бессмысленной смерти.

Vasilache A. Страх как ресурс в международной политике: пример транснационального терроризма. Российско-европейское партнерство в контексте.

Ельцина или отвлекая людей запретом компартии демократы лишились важного козыря в глазах населения - именно надежды на демократический политический порядок. От того единственного, что перестройка на какой-то момент почти дала людям. В сентябре г. На вопрос, откуда теперь исходит опасность для государства, он ответил, что теперь КГБ не будет заниматься диссидентами, главная опасность - социальный взрыв.

Народ раздражен, возбужден слухами о скорой либерализации цен Поступают оперативные данные, что на крупных предприятиях стихийно возникают стачкомы и рабочкомы. Думаю, что зимой они могут сорганизоваться Это и есть шизофренизация сознания.

- открытая библиотека учебной информации

Ельцина или отвлекая людей запретом компартии демократы лишились важного козыря в глазах населения — именно надежды на демократический политический порядок. В сентябре г. На вопрос, откуда теперь исходит опасность для государства, он ответил, что теперь КГБ не будет заниматься диссидентами, главная опасность — социальный взрыв. Народ раздражен, возбужден слухами о скорой либерализации цен… Поступают оперативные данные, что на крупных предприятиях стихийно возникают стачкомы и рабочкомы.

Это и есть шизофренизация сознания. Наиболее последовательную позицию в этом вопросе занял мэр Москвы Г.

Как близость смерти влияет на логику человека и что делать, чтобы контролировать свой страх.

Эта книга носит не технологический характер. Это не руководство по практике манипулирования и не наставление по защите от манипуляции"самообороне без оружия". Главная цель книги - дать материал для того, чтобы каждый мог подумать о том выборе, перед которым мы сегодня стоим. Это - не выбор президента, партии или даже политического строя. За всем этим стоит выбор жизнеустройства типа цивилизации. Я-то лично думаю, что на самом деле для очень многих это выбор между жизнью и смертью, но не будем эту тему здесь развивать.

Сегодня мы болтаемся между двумя типами жизнеустройства, и нас усиленно тянут и толкают к тому берегу, где манипуляция сознанием станет главным и почти тотальным средством господства, так что некоторое время спустя перед нами вообще исчезнет проблема и выбора, и борьбы. Те, кто не хотят такого исхода и готовы плыть искать другой берег, хотя бы и в тумане и даже плывя против течения или хотя бы барахтаться на месте, пока не рассветет , могут найти в этой книге некоторые ориентиры.

§ 8. Фактор страха в политике после августа

Ельцина или отвлекая людей запретом компартии демократы лишились важного козыря в глазах населения - именно надежды на демократический политический порядок. От того единственного, что перестройка на какой-то момент почти дала людям. В сентябре г. На вопрос, откуда теперь исходит опасность для государства, он ответил, что теперь КГБ не будет заниматься диссидентами, главная опасность - социальный взрыв. Народ раздражен, возбужден слухами о скорой либерализации цен

Читать отзывы о книге Страх и отвращение предвыборной гонки ; Твердый переплет; дата издания: Подробности заказа и доставки по + 7.

Ельцина или отвлекая людей запретом компартии демократы лишились важного козыря в глазах населения - именно надежды на демократический политический порядок. От того единственного, что перестройка на какой-то момент почти дала людям. В сентябре г. На вопрос, откуда теперь исходит опасность для государства, он ответил, что теперь КГБ не будет заниматься диссидентами, главная опасность - социальный взрыв.

Народ раздражен, возбужден слухами о скорой либерализации цен Поступают оперативные данные, что на крупных предприятиях стихийно возникают стачкомы и рабочкомы. Думаю, что зимой они могут сорганизоваться Это и есть шизофренизация сознания.

Екатерина Шульман о политике в России и «страхе одних крокодилов перед другими»...